14 Конференция практикующих Фалунь Дафа в Китае

История одного мужества

В декабре 2017 года в Интернете проходила 14-я Конференция практикующих Фалуньгун в Китае по обмену опытом совершенствования. Свои сообщения последователи Фалуньгун присылали на веб-сайт «Минхуэй«. Ниже приводится в сокращении статья одного из участников Конференции.

…Похоже, что я побывал на поле битвы между жизнью и смертью. Но теперь я могу всё рассказать с самого начала.

Когда я вышел из тюрьмы, полицейские продолжали меня контролировать, поэтому я не мог вернуться ни домой, ни на работу. Пытаясь избежать преследования, я переезжал с одного места на другое.

Желание защитить Фалуньгун

Через какое-то время я решил появиться на своей постоянной работе, где всё ещё числился в списке тех, кого разыскивает компартия Китая. Безусловно, это было рискованно.

Но моё сознание было очень ясным, я думал: «Главная цель, с которой я появлюсь на работе или в полицейском участке – это помочь людям понять правду о Фалунь Дафа (Фалуньгун) и о преследовании. Главное, чтобы они поняли, что репрессировать практикующих Фалуньгун противозаконно. А разрешение своих личных проблем останется на втором месте».

Когда раньше я был в исправительно-трудовом лагере, охранники меня пытали. Они пользовались всевозможными способами, истязая моё тело и нервную систему, но при этом старались не оставлять заметных следов. Я до сих пор боюсь об этом вспоминать. Шагнув вперёд, чтобы разъяснить ситуацию с  Фалуньгун, я рисковал вновь оказаться в тюрьме и подвергнуться пыткам. Такова суровая реальность.

Мои родственники очень беспокоились из-за того, что я подвергался преследованию. Моя жена не практикует Фалуньгун и постоянно твердит: «Ничего не говори вне дома. Если спросят, то просто скажи, что больше не занимаешься Фалуньгун. Ты любой ценой должен избегать ареста».

Она боялась, потому что каждый раз, когда меня освобождали из тюрьмы, моё состояние здоровья было в критическом состоянии. Жена не была уверена в том, что после нового ареста я выживу.

Принятие обдуманного решения

Несмотря на беспокойство родственников, я уже всё обдумал и знал, что нужно делать.

Мы с женой отправились ко мне на работу. Как и ожидалось, на следующий день к нам домой пришли полицейские и предложили мне пойти с ними. Когда к моему удивлению жена заявила, что пойдёт со мной, они согласились. В глазах жены я увидел печаль, а также мужество и решительность.

В прошлом, когда меня арестовывали, я как-то сказал ей: «Было бы хорошо, если бы ты пошла вместе со мной и, ничего не говоря, просто стояла рядом. Тогда полицейские не стали бы меня избивать». По-видимому, она об этом помнила и настроилась быть рядом со мной.

В полицейском участке нас попросили подождать. Затем меня допрашивали полицейские всех уровней: от местных до высшего руководства, в том числе представители городского управления полиции, отдела внутренней безопасности и другие должностные лица.

Я пришёл сюда, чтобы помочь полицейским понять, насколько серьёзны их поступки, а не противостоять им с чувством ненависти. Если мои мысли добрые и праведные, то меня отпустят. Но если мысли неправедные и наполнены ненавистью и страхом, то я вновь пострадаю от преследования.

Несмотря на то, что в прошлом полицейские и тюремные надзиратели истязали меня, пытаясь сделать сумасшедшим, глубоко в душе я понимал, что они не являются моими врагами. Они совершали преступления потому, что ими манипулировала компартия.

Допрос обернулся рассказом о Фалуньгун

На допросе мне представилась возможность  подробно рассказать о положении Фалуньгун. Я начал говорить: «Фалуньгун наставляет людей быть добрыми, следуя принципам “Истина, Доброта, Терпение”. Фалуньгун – это хорошая практика, а не культ.

Центральное правительство Китая и главное Управление госсовета в “Постановлении [1995] №50” официально признали семь злых культов, но Фалуньгун  в этом перечне не упоминается.

Министерство общественной безопасности в документе [2000 г.] №39 и [2005 г.] № 39 представило список 14 злых культов, в котором тоже нет Фалуньгун. В статье 300 “Уголовного кодекса”, на основании которой преследовали практикующих Фалуньгун, также не упоминается Фалуньгун».

Дальше я сказал: «25 октября 1999 года Цзян в интервью, которое опубликовала газета Le Figaro, назвал Фалуньгун злым культом. Цзян Цзэминь назвал Фалуньгун злым культом, но китайское законодательство не признаёт его таковым. Такое заявление не соответствует Конституции.

27 октября 1999 года редакционная статья “Жэньминь жибао” содержала клевету на Фалуньгун. Хотя ни слова Цзяна, ни статью “Жэньминь жибао” нельзя рассматривать как законы, но остальные СМИ в своих публикации использовали их в качестве оправдания преследования Фалуньгун и его последователей».

Многие из полицейских, к которым я обращался, не слышали об упомянутых мной документах. Они спрашивали: «Правда? Есть такие документы? Я проверю». Некоторые, как мне показалось, всё понимали и ничего не говорили.

Для того, чтобы они в дальнейшем не совершали преступлений в отношении Фалуньгун, я сказал, что правовой основы для преследования практикующих Дафа не существует.

Я продолжал: «На четвёртом Пленуме 18 созыва ЦК КПК 23 октября 2014 года было принято решение о всестороннем верховенстве закона во всех областях.

Сегодня руководство страны подчёркивает, что страной необходимо управлять в соответствии с законом, и необходимо расследовать дела в отношении настоящих преступников. Основополагающим для уголовного права устанавливается принцип законности.

В отношении  Фалуньгун Центральное правительство не принимало закона или другого официального документа, запрещающего его. Таким образом, противозаконные дела, направленные против практикующих Фалуньгун, в будущем будут пересмотрены».

Освобождён после последнего допроса

Было уже поздно, когда мне сказали: «Вам всё равно придётся проехать с нами в центр для допросов. Это не займёт много времени, мы скоро вернёмся».

У меня не было страха. Когда мы подошли к дверям, я увидел, что жена всё ещё стоит и ждёт. Увидев, что меня куда-то повели, она заплакала. Я взял её за руки и сказал: «Всё закончится хорошо. Подожди меня ещё».

Полицейский ей сказал, что мы скоро вернёмся. Жена спросила, может ли поехать с нами, но в машине ей не хватило места. Полицейский успокоил её: «Не волнуйтесь. Он скоро вернётся».

По дороге я заметил, что они записывают всё, что я говорил. Я подумал: «Как здорово: чем больше людей узнает, что такое Фалуньгун, тем лучше».

Когда мы приехали в центр для допросив, меня допрашивали полицейские всех уровней. Затем они отвезли меня обратно в полицейский участок.

Было уже очень поздно, когда приехали двое полицейских из отдела внутренней безопасности. Хотя казалось, что моё дело уже закрыто, но было похоже, что полицейские не хотели меня отпускать.

У одного из полицейских я спросил имя, но он промолчал. Я рассказал ему о том, что высшее руководство приняло решение о верховенстве закона: «Можете ли вы взять на себя всю ответственность за решение моего дела? В будущем оно наверняка будет пересмотрено». Он немного занервничал, но ничего не ответил.

Около полуночи мне сказали, что я могу вернуться домой. Когда я вышел на улицу, то неподалёку увидел жену, и мы вместе пошли домой.

Источник

Короткая ссылка на эту страницу: