16-летняя Сюй Синьян держит фотографию своего отца Сюй Давэя. Сюй был незаконно заключён в тюрьму на восемь лет и умер через 13 дней после освобождения

Мне 16 лет, но я уже пережила страх и одиночество

Меня зовут Сюй Синьян, мне 16 лет, я из Китая. Подрастая, я чувствовала, что отличаюсь от других детей. Помню, как в детстве мама часто оставляла меня у родственников или у подруги и поспешно уходила.

Я скучала по маме и каждый раз, когда она уходила, плакала, сидя в углу. Мне очень хотелось быть с ней, и было страшно, что она вдруг оставит меня. Каждый раз при встрече с ней я слышала, как она говорила с друзьями об отце.

Отца я никогда не видела. Каким он был? Как выглядел? Почему мама хотела восстановить доброе имя отца? Какое преступление он совершил, из-за которого его заключили в тюрьму? Чаще всего я слышала такие слова, как «разоблачать зло», «опасно», «полицейская машина», «будьте осторожными».

«Твой отец – хороший человек», – говорили мне люди. Но если мой отец был хорошим человеком, почему он находился в тюрьме? Я многое не могла понять.

Постепенно от мамы я всё больше узнавала об отце. Его звали Сюй Давэй, он был честным человеком. Отец родился в 1974 году и работал шеф-поваром. В 1996 году он прочитал книгу «Чжуань Фалунь» и начал следовать принципам «Истина, Доброта, Терпение», совершенствоваться по Фалуньгун. В 1997 году мои родители встретились, полюбили друг друга и поженились 12 мая 2000 года.

20 июля 1999 года Цзян Цзэминь отдал приказ уничтожить Фалуньгун. По его приказу арестовали многих практикующих Фалуньгун. В Китае Фалуньгун подвергается нападкам, и, чтобы разъяснять людям правду о Фалуньгун, родители начали печатать информационные материалы, рассказывающие о Фалунгун и о его положении в стране и мире.

Отца незаконно заключили в тюрьму на восемь лет, мать едва не умерла

За то, что родители печатали материалы, разъясняющие правду, полиция города Шэньяна провинции Ляонин арестовала их в феврале 2001 года. Отца жестоко пытали и заключили в тюрьму на восемь лет.

Маму поместили в комнату для допроса. Два охранника били её по голове, лицу и спине. Позднее мама рассказала мне, что её рвало, и у неё сильно кружилась голова. В то время мои родители были в браке восьмой месяц, и мама была беременна.

Через месяц заключения маму из-за беременности условно освободили. Когда она пыталась навестить моего отца в тюрьме, ей этого не разрешили.

Один заключённый смог увидеть, как пытали отца. Он позвонил маме и подробно рассказал обо всём. Он сообщил ей, что охранники подговаривают заключённых, чтобы они втыкали отцу под ногти рук и ног иглы. Его поражали током электрических дубинок. Охранники затыкали ему рот грязными тряпками, чтобы его крики во время пыток не были слышны.

Папа отказывался отречься от веры в Фалуньгун, поэтому его тайно возили по четырём тюрьмам провинции Ляонин. Беременная мама металась между этими тюрьмами.

Когда мне исполнилось четыре месяца, маму снова арестовали и заключили в так называемый реабилитационный центр. После девяти дней пыток она находилась на грани смерти, поэтому её освободили.

Тринадцать дней с отцом

Я помню, как в семь лет впервые встретилась с отцом в тюрьме. Он увидел меня и захотел обнять. Я знала, что этот человек очень важен для мамы, и она хотела видеть его больше всех. Он был членом моей семьи, но я его не знала, поэтому испугалась, спряталась в маминых руках и не позволила ему обнять меня. Это самое большое сожаление в моей жизни.

Второй раз я увидела отца, когда мне было восемь лет. Он вернулся домой после восьми лет заключения в тюрьме. Я боялась приближаться к нему, потому что всё его тело было покрыто шрамами. Он с трудом дышал и не всегда был в ясном рассудке. Мама находилась в тревожном состоянии, не зная, что делать.

На одиннадцатый день после возвращения отца мама отвезла его в больницу. На тринадцатый день отец навсегда ушёл от нас.

За 100 дней мама потеряла четырёх близких людей: брата, отца, мужа и мать. Они не смогли выжить после жестокого преследования и умерли один за другим. Трудно подобрать слова, чтобы описать психологическое стояние мамы в те дни. Я чувствовала себя такой крошечной и беспомощной. Мне было так страшно, что я пряталась в углу и оттуда смотрела на происходящее вокруг.

Меня четыре раза вынуждали менять школу

Из-за смерти отца мама ходила в разные места, чтобы добиться справедливости. Маму задерживали за то, что она пыталась разъяснять правду об отце. Я была вынуждена часто менять школы. С восьмилетнего возраста у меня никогда не было стабильной жизни в Китае.

К третьему классу я сменила четыре школы, а потом жила в школе-интернате. По выходным друзья мамы забирали меня к себе домой. Мне казалось, что каждый раз за мной приходит другой человек.

Мама ходила в разные инстанции ради дела отца, и я редко встречалась с ней. Иногда мы виделись мельком, и она сразу же уходила. Я очень ясно помню, как однажды мама провожала меня в школу. Когда мы почти пришли, мне так захотелось, чтобы время замедлилось. Я хотела побыть с ней хоть немного подольше, но когда ей надо было уходить, я спокойно сказала: «Мама, ты можешь идти». В душе я знала, что она делает самое праведное дело.

Мама уходила. Я не хотела оборачиваться ей вслед, хотела, чтобы мама знала, что у неё сильная дочка. И всё же я обернулась… и больше не могла сдерживать слёз… Я разрыдалась.

Четвёртой школой, в которую я ходила, была школа Сюнши в Шэньяне. Большинство учителей были практикующими Фалуньгун. В выходные дни я снова могла встречаться с мамой. В то время она из-за дела отца большую часть времени проводила в Шэньяне. Я была счастлива и думала, что наконец-то есть место, где я могу спокойно жить и учиться.

Мне посчастливилось не стать сиротой

Однажды одноклассница сказала мне, что видела на вэб-сайте «Минхуэй» новость о том, что Сюй Давэй умер в результате репрессий, а его жену арестовали.

Я испугалась, вышла на школьный двор и заплакала. Одноклассница вышла вслед за мной, и я сказала ей: «Не знаю, что делать. Маму арестовали, отец умер. Теперь я стану сиротой? У меня никого не осталось». Я пошла к учительнице и спросила её о маме. Она успокоила меня: «Твоя мама в порядке».

Однако маму действительно арестовали. Её освободили через 20 дней, когда она находилась на грани жизни и смерти. Мне посчастливилось не стать сиротой.

Хотя я жила в школе-интернате Сюнши, мне не было грустно, как в других школах. Моей семьёй были учителя и одноклассники. Каждый день мы изучали традиционную китайскую культуру и этикет. И хотя у нас возникали некоторые конфликты, мы прилагали усилия, чтобы преодолеть эти трудности.

Моя учительница не вернулась

За день до моего Дня рождения было прекрасное утро. Я радостно сказала  учительнице: «Завтра мой День рождения». Она ответила, что подготовит для меня подарок.

На следующий день я ждала… ждала… Потом я узнала, что учительницу увели, и никто не знает куда. В этот день уроки вела другая учительница. Впереди были выходные, но все хотели после окончания уроков подождать возвращения нашей учительницы.

Утром мы услышали, что около полудня придут полицейские и разместят в столовой материалы с клеветой на Фалунь Дафа. Мы с группой учеников сбежали из школы.

Около полудня мы позвонили одноклассникам, которые остались в школе, и те посоветовали, чтобы мы не возвращались, потому что полицейские ещё могут прийти. Наши дома находились далеко от школы, поэтому каждый из нас сел в свой поезд. Через три часа я добралась до дома.

Было уже темно, когда я позвонила маме: «Мама, ты можешь найти место, где я могла бы остаться? В школе кое-что произошло». Я заплакала. Больше я ничего не могла сказать, потому что боялась, что наши телефоны прослушиваются. Мама всё поняла: «Никуда не ходи. Я найду кого-нибудь, чтобы тебя забрали».

Ночной кошмар и побег

С этого дня у меня начались ночные кошмары. По ночам я хотела, чтобы кто-нибудь держал меня за руку, и только тогда засыпала.

Позже я узнала, что полицейские забрали многих одноклассников. Однокласснику Ба Гуань полицейские не давали спать четверо суток, заставляя рассказать, с кем общалась наша учительница. Он был так напуган, что у него нарушилась психика. После возвращения домой он умер. Об этом было опубликовано сообщение на веб-сайте «Минхуэй».

Большая часть моего детства была наполнена страхом и желанием сбежать. Я больше не могла ходить в школу, которая мне нравилась. Из-за отца мама тоже находилась в розыске. Полиция охотилась и за мной.

Когда мне исполнилось двенадцать лет, мы с мамой бежали в Таиланд. Даже там нас преследовал страх. Однажды полиция едва не поместила маму в иммиграционный центр заключения.

Мне посчастливилось приехать в США, страну, которая защищает убеждения и веру. Я больше не боюсь, что полиция заберёт маму. Мне больше не нужно бояться, что я стану сиротой, что меня арестуют или будут пытать.

Жестокое преследование Фалуньгун в Китае продолжается до настоящего дня. Там есть ещё много детей, которые переживают то, что пережила я. Им не посчастливилось, как мне, переехать в США.

Я надеюсь, что больше людей обратят внимание на преследование в Китае последователей Фалуньгун. Надеюсь, что ещё больше добрых людей протянут руку помощи, чтобы остановить эти репрессии, длящиеся 18 лет.

Сюй Синьян

Источник

Короткая ссылка на эту страницу: